Александр Меренков, участник конференции, Екатеринбург, консультант, коуч, трекер, Управляющий партнер Меренков.Консалтинг, выпускник ИПИР 2023 г.
Конференция «Из лаборатории в жизнь: прикладные аспекты психонетики» стала для меня очень точным попаданием в запрос времени и в мои собственные профессиональные интересы. За два дня получилось позаниматься психонетикой не как абстрактным «методом работы с сознанием», а как разворачивающимся инженерным подходом к вниманию, состояниям и позиции, ориентированным на реальные задачи управления, жизни и профессиональной деятельности. Важно, что это была не только витрина отдельных практик, а именно демонстрация — с языком, инструментами и уже оформляющимися прикладными треками.
Сильной стороной конференции стало тематическое выстраивание программы: первый день — больше про «инструменты для себя» (внимание, тело, эмоции, паттерны поведения), второй — про методологический и стратегический уровень, где психонетика стыкуется с философией, управлением, развитием новых когнитивных инструментов.
Этот переход от работы с базовыми навыками деконцентрации и работы со слоями сознания к разговорам о взаимодействии с неопределенностью и «тьмой кромешной» при решении «смысловых задач» (управление сложными системами, в которые включён сам наблюдатель, и работа с организмическими процессами) создал хорошее ощущение вертикали — от простых упражнений к очень дальнему горизонту. Для меня, как человека, работающего со стратегическим мышлением и проектным трекингом, это особенно ценно: появляется язык, которым можно обсуждать те аспекты управленческой реальности, которые обычно остаются за пределами классических бизнес‑моделей и обычно называются «чуйкой» и интуицией.
Отдельно отмечу практическую насыщенность: почти каждый доклад предлагал не только идеи, но и конкретные техники — разминки внимания по модальностям, мини‑практики «вспышек осознавания», рефлексивные форматы про повторы жизненных событий и паттерны поведения. Это создаёт важную для прикладной области связку: от концепта сразу к упражнению, которое можно тестировать в своём дне, в команде, в клиентских проектах. Нравится и то, что психонетика в таком формате остаётся дисциплиной трезвой и технологичной: меньше разговоров «про духовность и просветление вообще», больше — про структуру внимания, режимы работы сознания и проверяемые эффекты практики.
Очень показательной для всей конференции стала линия, связанная с докладом Олега Бахтиярова о новых когнитивных инструментах. Формулировка задачи — разработка средств мышления для «нерешаемых задач», где существующих языков и способов моделирования явно не хватает, — хорошо объясняет, зачем вообще нужна психонетика в XXI веке. Для меня это точка сопряжения с такими областями, как теория ограничений, системное мышление, стратегический консалтинг: везде мы упираемся в пределы привычных когнитивных инструментов и языка, и здесь психонетика предлагает не только метафору, а действительно новый слой практик и онтологий.
Важно и то, как эта область стыкуется с психологией, телесными практиками и образованием. Конференция показала, что прикладная психонетика не конкурирует с психотерапией или йогой, а даёт дополнительный измеритель: внимание и позиция сознания как управляемый ресурс, который можно «встраивать» в уже привычные форматы работы с телом, эмоциями, обучением. В формате докладов и мастер‑классов было хорошо видно, что одни и те же техники могут использоваться и для личной рефлексии, и для повышения качества управленческих решений, и для креативных задач.
С организационной точки зрения конференция, на мой взгляд, прошла успешно: онлайн‑формат, два дня плотной программы, 16 спикеров, 10 докладов создали ощущение полноценного профессионального события, а не «кружка по интересам». При этом остаётся пространство для усиления — можно было бы ещё более явно выстроить линию «кейсы и эффекты» (как конкретные практики изменили траектории людей, проектов, команд), а также предложить участникам структурированное продолжение: отдельный практический курс с групповой работой и супервизией авторов практик, инструкторов и самого Олега Георгиевича. Это помогло бы перевести данный сообществу импульс в совместные прикладные проекты на стыке психонетики, управления и образования.
В целом у меня осталось ощущение начала важного процесса институционализации прикладной психонетики. Она постепенно выходит из статуса «интересной авторской практики» к формату области, с которой могут разговаривать управленцы, психологи, методологи, преподаватели, специалисты по развитию бизнеса.
Для меня как для консультанта и трекера это открывает возможность интегрировать психонетические инструменты в работу с командами и проектами — от настройки внимания руководителя до проектирования новых когнитивных инструментов под сложные стратегические задачи. Я бы с удовольствием участвовал в продолжении: в более предметных кейс‑сессиях, междисциплинарных панелях и совместных разработках программ, где прикладная психонетика становится не украшением, а рабочим ядром изменений.
Сильной стороной конференции стало тематическое выстраивание программы: первый день — больше про «инструменты для себя» (внимание, тело, эмоции, паттерны поведения), второй — про методологический и стратегический уровень, где психонетика стыкуется с философией, управлением, развитием новых когнитивных инструментов.
Этот переход от работы с базовыми навыками деконцентрации и работы со слоями сознания к разговорам о взаимодействии с неопределенностью и «тьмой кромешной» при решении «смысловых задач» (управление сложными системами, в которые включён сам наблюдатель, и работа с организмическими процессами) создал хорошее ощущение вертикали — от простых упражнений к очень дальнему горизонту. Для меня, как человека, работающего со стратегическим мышлением и проектным трекингом, это особенно ценно: появляется язык, которым можно обсуждать те аспекты управленческой реальности, которые обычно остаются за пределами классических бизнес‑моделей и обычно называются «чуйкой» и интуицией.
Отдельно отмечу практическую насыщенность: почти каждый доклад предлагал не только идеи, но и конкретные техники — разминки внимания по модальностям, мини‑практики «вспышек осознавания», рефлексивные форматы про повторы жизненных событий и паттерны поведения. Это создаёт важную для прикладной области связку: от концепта сразу к упражнению, которое можно тестировать в своём дне, в команде, в клиентских проектах. Нравится и то, что психонетика в таком формате остаётся дисциплиной трезвой и технологичной: меньше разговоров «про духовность и просветление вообще», больше — про структуру внимания, режимы работы сознания и проверяемые эффекты практики.
Очень показательной для всей конференции стала линия, связанная с докладом Олега Бахтиярова о новых когнитивных инструментах. Формулировка задачи — разработка средств мышления для «нерешаемых задач», где существующих языков и способов моделирования явно не хватает, — хорошо объясняет, зачем вообще нужна психонетика в XXI веке. Для меня это точка сопряжения с такими областями, как теория ограничений, системное мышление, стратегический консалтинг: везде мы упираемся в пределы привычных когнитивных инструментов и языка, и здесь психонетика предлагает не только метафору, а действительно новый слой практик и онтологий.
Важно и то, как эта область стыкуется с психологией, телесными практиками и образованием. Конференция показала, что прикладная психонетика не конкурирует с психотерапией или йогой, а даёт дополнительный измеритель: внимание и позиция сознания как управляемый ресурс, который можно «встраивать» в уже привычные форматы работы с телом, эмоциями, обучением. В формате докладов и мастер‑классов было хорошо видно, что одни и те же техники могут использоваться и для личной рефлексии, и для повышения качества управленческих решений, и для креативных задач.
С организационной точки зрения конференция, на мой взгляд, прошла успешно: онлайн‑формат, два дня плотной программы, 16 спикеров, 10 докладов создали ощущение полноценного профессионального события, а не «кружка по интересам». При этом остаётся пространство для усиления — можно было бы ещё более явно выстроить линию «кейсы и эффекты» (как конкретные практики изменили траектории людей, проектов, команд), а также предложить участникам структурированное продолжение: отдельный практический курс с групповой работой и супервизией авторов практик, инструкторов и самого Олега Георгиевича. Это помогло бы перевести данный сообществу импульс в совместные прикладные проекты на стыке психонетики, управления и образования.
В целом у меня осталось ощущение начала важного процесса институционализации прикладной психонетики. Она постепенно выходит из статуса «интересной авторской практики» к формату области, с которой могут разговаривать управленцы, психологи, методологи, преподаватели, специалисты по развитию бизнеса.
Для меня как для консультанта и трекера это открывает возможность интегрировать психонетические инструменты в работу с командами и проектами — от настройки внимания руководителя до проектирования новых когнитивных инструментов под сложные стратегические задачи. Я бы с удовольствием участвовал в продолжении: в более предметных кейс‑сессиях, междисциплинарных панелях и совместных разработках программ, где прикладная психонетика становится не украшением, а рабочим ядром изменений.
